Солнечный круг  - Марина и Сергей Дяченко

Ее охотно звали на встречи со школьниками. После этих разговоров подростки прямо-таки рвались на тренировочные сборы: она умела их мотивировать.

– Выбор у вас простой: или в ваш дом придут гиены, убьют ваших близких и сделают вас рабами. Или вы возьмете оружие и защитите свой дом. У гиен отличная техника, много ресурсов, и каждую минуту их пушки смотрят на ваши окна – да, именно на ваши. Гиены сильны, но наша армия сильнее. А завтра, когда наша армия получит вас, она станет сильнее многократно. Вы – поколение, которое выкурит гиен из их крепостей и навсегда покончит с войной. Вы победите, мы все победим – потому что мы правы. И потому что мы вместе. И потому что мы ничего не боимся.

* * *

Не разжимать пальцы. Не разжимать. Не разжимать.

Уже и пальцев нет, и рук нет. Как у того солдата-ампутанта, которому она читала книги во время школьной больничной практики. И солнце бьет так, что не открыть глаз. И непонятно, на какой высоте флаер и долго ли придется падать…

…Все. Свободное падение. Сколько…

Она ударилась о поверхность, перевернулась несколько раз, с разгона ткнулась лицом в разогретую сковородку проклятого песка, села, поскуливая сквозь зубы. С какой высоты она грохнулась? С двух метров? С трех?

Ничего не видно, бьет ветер и рядом работают двигатели, опускается флаер. Открывается дверь, и кто-то спрыгивает на песок. Кайра едва разлепила веки: враг шел к ней с пистолетом в опущенной руке.

Она не могла говорить, и не было потребности в словах, но она поднялась на трясущиеся ноги, чтобы не принимать смерть на коленях. Он подошел ближе, постоял несколько секунд и протянул ей флягу с водой.

* * *

Опускалось к горизонту солнце.

Фляга, которую выдал ей Из-Лета, оказалась заполнена лишь наполовину. Кайра поняла намек и пила экономно, по глотку.

Пустыня внизу не менялась. Цвет неба сделался вечерним.

Общаясь с подростками, Кайра никогда не говорила, что гиены – не люди. Нет, говорила она, гиены люди, но очень, очень плохие. Их воспитывают во зле, и они несут зло повсюду, куда могут дотянуться. Если отобрать у гиен их маленьких детей и вырастить по-человечески – те будут такими же, как мы. Но для этого надо сломить сопротивление взрослых.

Болтаясь снаружи, цепляясь за трап, она не заметила, как он зачем-то повел флаер на снижение. Он пощадил ее или задумал зачем-то использовать, как она планировала использовать его?

– Мы добудем еду и питье, – сказал он, и это были первые слова с того момента, как он втащил ее, еле живую, в салон. – Но только утром.

* * *

Они слили остатки технической воды из баков санитарного отсека и обработали таблетками для очистки. Питье получилось отвратительным, но спасало от обезвоживания.

Они летели ночью, и шум моторов заглушал щелканье внизу. Кайра лежала в полусне, завернувшись в одеяло, пахнущее можжевеловым деревом. Она отказалась от планов захватить Из-Лета, тот больше не заковывал ее в наручники. У обоих не осталось сил на противостояние – нужно было экономить ресурсы для другого.

Они наблюдали рассвет с высоты – пустыня на несколько секунд сделалась полосатой, зыбкой, на ней появились очертания рек и гор и разрушенных городов. Солнце поднялось выше, и наваждение пропало: пустыня не менялась.

Миновало два часа, потом три часа после рассвета. Из-Лета, поставив «Морфо» на автопилот, всматривался в экраны. Увеличивал изображение с камер, разглядывая мельчайшие детали ландшафта. Кайре передалось его напряжение: она тоже всматривалась, пока глаза не заволокло пеленой.

– Низкий заряд второй основной батареи. Переход на резервное питание. Первая резервная батарея подключена, – «Морфо» говорил женским голосом, Кайре хотелось придушить эту механическую бабу.

Из-Лета поймал в камеру объект на равнине. Увеличил, чтобы убедиться: это пологий песчаный гребень.

– Может быть, ты ошибся, прокладывая курс? – осторожно предположила Кайра.

Он развернулся к ней вместе с креслом:

– Я лечу по карте, которую видел шесть лет назад. Да, я мог ошибиться.

– Эта карта где-то существует, кроме как в твоей голове?

Не глядя, он открыл графический файл на мониторе: простейшая схема, как в тактическом задании для третьеклассников. Кружки и стрелки, примитивнее некуда: карта, восстановленная по давней памяти.

– И где тут может быть ошибка? – осторожно спросила Кайра.

Он ткнул пальцем в нижнюю точку:

– Возможно, та база, где мы заправились, – не триста пятнадцатая, я неверно ее идентифицировал, и теперь мы идем в открытую пустыню.

– А если ты не спутал и та была действительно триста пятнадцатая…

– Возможно, я ошибся с азимутом, мы промахнулись мимо цели и идем в открытую пустыню.

– А если ты ошибся не с азимутом, а с расстоянием? Если наша цель все еще впереди?

– Может быть, – сказал он, подумав.

– Если ты неверно опознал станцию, ошибку нельзя исправить, – сказала Кайра. – Если ошибся с азимутом, можно вернуться. Если ошибся с расстоянием – нужно ждать и смотреть на экраны.

– Какая же ты умная, – сказал он с неприязнью. – Вода утоляет жажду, камень падает вниз.

– Ну, ты же аналитик. – Она ухмыльнулась: – Анализируй теперь, что нам делать?

– Что мне делать, – сказал он, жестко выделив «мне». – Ты здесь постольку, поскольку я даю тебе жить.

Он положил руки на штурвал и заложил такой вираж, что ремни впились в тело.

* * *

Бункер показался на экранах, когда на дне второй резервной батареи оставались сотые доли заряда.

– Дотяни! – закричала Кайра.

Он не дотянул. Флаер приземлился очень жестко. Экраны погасли. Сделалось тихо, только поскрипывал снаружи песок, проседая под тяжестью «Морфо».

– Ты был прав, ты правильно решил, когда захотел вернуться, – хрипло сказала Кайра. – При прочих равных ты всегда выбираешь действовать, не ждать, да?

Он не отвечал. Кайра засмеялась:

– Давай поржем. Это комедия. До бункера километр или меньше. Морковка перед носом. Яблоко на веревочке. Не хватило пары минут. Почему ты не смеешься?!

Из-Лета приоткрыл дверь со своей стороны. В темный салон ворвался белый, бешеный свет: полдень в пустыне Резерва.

Кайра хохотала, смахивая слезы:

– Ну давай станцуем на прощанье. Или споем. Или пристрели меня, ты же собирался…

– Заткнись, пожалуйста, – сказал он шепотом. – Есть выход.

Она закашлялась.

* * *

Конструкторы «Морфо» предусмотрели нештатные ситуации: резервная батарея оказалась съемной.

– Сколько это весит? – Кайра оглядела металлическую конструкцию размером с небольшой гроб. И тут же плотно зажмурила глаза: солнце стояло в зените, а темные очки были только одни, у пилота.